Украинская психиатрия: есть ли разница между врачами и пациентами?

Украинская психиатрия: есть ли разница между врачами и пациентами?

Происходящие на Украине события довольно часто вызывают ассоциации с огромным дурдомом, которому, научного эксперимента ради, предоставили возможность свободно жить и эволюционировать по собственному разумению его постоянных обитателей на радость всем новостным агентствам мира.

Только за последние несколько дней украинская Фемида присудила гражданину девять лет тюрьмы за звонок в российское посольство, через государственную границу Белоруссии попыталась прорваться группа украинцев на лошадях, народный депутат Украины пообещал сжечь всё население Крыма и обвинил российские спецслужбы в злодейской покраже убийственных для Кремля фотографий. Которые украинские депутаты полагали неопровержимыми свидетельствами агрессии России и залогом немедленных поставок американского «вундерваффе», а американские сенаторы справедливо сочли не очень умной шуткой. Хотя американское внешнеполитическое ведомство с недавних пор и обнаружило горы в Ростовской области, но на территории Новороссии их точно быть не может. Равно как и запечатленных на их фоне танковых колонн под триколорами, силой мысли украинских депутатов переместившихся из грузинского августа 2008 года в украинский 2015-й.

Несмотря на динамику процесса, наиболее оптимистичные люди продолжали полагать, что такое состояние, характерное для существенной и наиболее активной части украинского населения, может быть выправлено квалифицированной помощью. Предоставляемой как массово, так и точечно, в индивидуальном порядке. Во всяком случае, до недавнего времени считалось, что на Украине присутствует достаточная врачебная прослойка, и профильные специалисты в каком-нибудь обозримом будущем смогут на ситуацию положительно повлиять.

По-видимому, эта надежда на выздоровление за счёт внутренних сил является призрачной. Во всяком случае, судя по тому, что пишут украинские психиатры — разница между ними и их пациентами исчезающе мала.

Ассоциация Психиатров Украины — неправительственная некоммерческая организация, занимающаяся вопросами психиатрии и профессионального обучения в этой области, насчитывающая более 800 членов. Как уточняет официальный сайт Ассоциации, структура представляет собой «неформальный информационный центр для психиатров, психиатрических медсестер, психологов, юристов и политиков, работающих в области психического здоровья и реформ здравоохранения».

28 января 237 членов ассоциации направили «Письмо российским психиатрам». Которое заслуживает того, чтобы его привести целиком.

«Знаменитый французский писатель Альбер Камю» — пишут украинские психиатры — «в черные дни нацистской оккупации писал свои „Письма к немецкому другу“. Мы, обыкновенные украинские врачи, в 2015 году пишем Обращение к российским коллегам. Горькое обращение к тем, с кем совсем недавно дискутировали на конференциях и конгрессах, обменивались профессиональными текстами, даже дружили.

Нас разделила война. Настоящая, с кровью убитых и раненых, страданиями жен и матерей, с горечью неожиданного сиротства. Российские солдаты, стыдливо называющие себя „ополченцами“, воюют на нашей земле. Артиллерийские снаряды, изготовленные на российских заводах, разрушают психиатрические больницы и интернаты, убивают беззащитных психически больных людей и медицинский персонал».

Неужели украинские психиатры всерьёз верят, что российские коллеги не разоблачат автоматически такую примитивную вещь, как апелляция к эмоциям при полном игнорировании фактов? Причём апелляцию топорную — с чего бы вдруг слово «ополченец» стало постыдным? Что до снарядов, то обе стороны конфликта, и Новороссия и Украина, используют боеприпасы советского производства.

Пока что обстрелами больниц и интернатов успешно промышляет украинская армия. В то время как ополченцы нередко делят с врачами и пациентами соседние помещения.

Дальнейшие реплики украинских психиатров заставляют задуматься уже не про ученические попытки манипуляции, а про здоровье самих авторов. Настолько отчаянное игнорирование фактов и причинно-следственных связей может говорить о ряде лёгких, тяжёлых или умеренных когнитивных расстройств — классический симптом «нарушения памяти на текущие события» проявляется во всей красе. Равно как и вся прочая вторая группа дезорганизованных симптомов шизофрении — неспособность мыслить логически, адекватно реагировать на происходящее в сочетании с быстрым переходом от одной сумбурной идеи к другой.

«Украинские солдаты воюют на своей земле. К нам пришли чужие…». То, что это справедливо в первую очередь для жителей Новороссии, авторам письма в голову не приходит.

«Так уже было в 1939 году в Балтике и Западной Украине, так уже было в 1941 году в Украине и России. Тогда также приходили чужие. Завоеватели. Эта война, неожиданная и страшная, закончится. Политики, развязавшие её, займут в Истории место рядом с Гитлером и Сталиным».

В 41-м году Украина и Россия были частями единого государственного образования, Западная Украина с загадочным «в Балтике» отсутствовали в принципе. Не пивоваренную же компанию имели в виду украинские психиатры. Все остальные определения обсуждаемого термина мало способствуют употреблению предлога «в», за исключением одноименных посёлков, сёл и деревень.

А те, кто победят в войне Новороссии и Украины — это будут аватары Гитлера или Сталина?

«Совсем скоро молодые люди, выбравшие себе пожизненный труд служению в психиатрии, будут получать знания о страшных страницах истории психиатрии в 20 веке, где в течение всего лишь нескольких десятилетий имели место массовое истребление психиатрических пациентов нацистами и широкое использование психиатрии в качестве внесудебных репрессий против вольномыслящих людей в тоталитарном СССР».

Есть все основания полагать, что богатейший академический материал майданов 2004 и 2014 гг, со всеми последующими событиями на украинской территории, будут куда более ценным вкладом в сокровищницу знаний психиатрии. Сакрализация Президента России, от которого происходят все несчастья на Украине, массовое помешательство в покраске всего сущего в жёлто-голубой цвет, хоровое пение с прыжками на главных площадях…. Можно перечислять долго.

«Здесь же, в этих книгах, будущие психиатры прочитают об умышленном разрушении психиатрических учреждений вместе с пациентами и персоналом в Донецкой и Луганской областях в 2014 году. Умышленном, потому что так называемые ополченцы категорически препятствуют перемещению пациентов в спокойные регионы Украины».

В результате чего украинская армия предпочитает уничтожать эти психиатрические учреждения артогнём вместе со всеми, кто находится внутри. Это точно не спишешь на случайность — но у украинских горе-психиатров эти разных смысловых уровней события как-то сплетаются в единую картину. Что неудивительно для шизофреников.

«Коллеги, вспомните свои профессиональные корни: они в Европе! В гуманистических начинаниях французов Бисетра и Коломбье, англичанина Тьюка. Наше общее европейское прошлое — это швейцарец Евгений Блейлер, немец Карл Ясперс, англичанин Джеймс Берли, француз Анри Эй. Это и наши общие учителя Осипов, Бехтерев, Копыстынский, Сербский, Чиж, Попов, Мухин…».

Очередной шизоидный переход. От странной конструкции про ополченцев, умышленно виновных в том, что украинская армия убивает мирное население к «Украина це Европа!».

Бехтерев и Попов, надо понимать, записные европейцы. Кстати, слово «психиатрия» — вообще греческое. А Греция сейчас настаивает на всемерной дружбе с Россией, и из уважения к корням собственной науки, украинским психиатрам придётся свою точку зрения пересмотреть.

«Коллеги, ваши сыновья и внуки из различных регионов России пришли к нам. С оружием. Сотни наших сыновей и внуков, вернувшись с фронта (да, с фронта, какое страшное слово), ищут у нас, психиатров и психологов, помощи в связи с проявлением симптомов посттравматического стрессового расстройства. Сотни тяжело раненых учатся жить без ног и без рук в наших госпиталях…»

Во-первых, «потерь», как известно, «нет». Что до остального — сыновья и внуки украинских психиатров отправились на Донбасс тоже не с пряниками. Удивляться тому, что жители Донецка и Луганска не прониклись массово «стокгольмским синдромом» — недостойно профессионала, даже украинского.

«Прежде мы помогали вам, как могли. В последние два десятилетия мы перевели с европейских языков и издали более ста книг по различным проблемам психиатрии. Мы бесплатно дарили эти книги вам, в Томск и Москву, в Самару и Петербург. И сегодня мы переводим на русский (!) язык великолепное „Руководство по детской психиатрии“. Оно — и для вас, для российских психиатров и психологов. Надеемся, в конце 2015 года оно будет опубликовано».

Вот так. Нет российской психиатрии без доброхотов из ассоциации украинских психиатров. Поскольку в России, по определению, европейских языков не понимают, и прозябают в дикости. Хочется только спросить: если у украинских психиатров такая богатая коллекция познаний — то почему же они её не применяют на собственной территории?

«Мы понимаем, вы не можете остановить своих политиков. Вы — боитесь их. К счастью, украинская ситуация иная: наши политики начинают всерьёз бояться нас, своих избирателей. Тем не менее, что-то зависит и от вас. Остановите своих сыновей и внуков, не позволяйте им участвовать в новой грязной войне! Не позволяйте им, российским солдатам, убивать наших пациентов, разрушать больницы и интернаты!».

Очередной скачок. От «вы ж нам должны» — к особенностям политического бытия Украины. И снова трудно спорить с формой заявления — избирателей Украины и в самом деле боятся, не только политики, но и сами избиратели. Хотя всё больше становится политиков, оснащённых личным оружием и пользующихся поддержкой столь же хорошо оснащённых помощников. Интересно, боятся ли украинских психиатров они?

«Вспомните слова, написанные нашим швейцарским коллегой, сыном великого психиатра Блейлера, в 1974 году: «Долг, обязанность и искусство клинической психиатрии — служить идеям свободы и гуманизма, а не разрушать их».

В украинском случае, эту частную задачу клиническая психиатрия полностью выполнила. Самоустранившись от выполнения своих прямых обязанностей.

Андрей Полевой